?

Log in

No account? Create an account

dedstolet

Recent Entries · Archive · Friends · Profile

* * *
umilei_europe1

Сначала поздравление Европе.
60 лет европроекту — преогромное достижение. Одна из самых сложных в истории, комплексная, хрупкая, весьма и весьма противоречивая затея — живет, однако. Большое, большущее дело. Ресурс развития у него есть. И пусть развивается, и так тому и быть.
А теперь про вранье и, неизбежно, про скрытое и опасное противоречие евроидеи.
Вранье конкретное и очень нехорошее. Практически все репортажи с празднования юбилея начинались с утверждения: Европа живет 70 лет без войны. Такого не было никогда во всей ее истории.
А Югославия? См. картинку, тень от римского еврофлага.
Это была настоящая война. Десятки тысяч жертв, 750 тысяч беженцев. Большая страна была разорвана на куски, пришла в упадок, и толком из него не вышла. Кровь еще сочится, мира нет, вражда народов, прежде живших вместе, очевидна.

Очень важно, что это была классическая европейская война. Не столько географически, — и так понятно, что она происходила в Европе, не в Азии же, — сколько системно. Война, основанная на разности и вражде наций, дополненная этническим и религиозным фактором. Классика. Европа так воевала всю свою историю и довоевалась до Второй мировой и атомной бомбы. Точно такая же война произошла в Югославия.
И самое скверное тут то, что именно Европа навязала Югославии этот традиционный сюжет. Составив клуб национальных государств, успешный, привлекательный, мирный — до 1995 года! — она построила у своих дверей очередь из стран-кандидатов. Еще бы — многие захотели вступить в успешный, лучший в мире евроклуб.
И обязательным условием вступления в клуб национальных государств (КНГ?) было разделение по национальному признаку. Только по отдельности! Союзы наций не принимаются. И пошло: Чехословакия разделилась. Прибалтика отделилась-разделилась, Югославия не просто разделилась, но разорвала себя на части и залила кровью. А как иначе? По-другому не вступить в КНГ.

И Европа курировала, направляла, дирижировала (и теперь пытается дирижировать) этим конфликтным, кровавым процессом. Как? Очень просто: поощряя одних кандидатов и отвергая других. Производя сортировку наций — некорректную. В итоге, преступную.
Интересно то, что сразу же был создан суд в Гааге, по идее, для того, чтобы судить за эти именно преступления. Но тут же выяснилось, что этот странный суд создан для другого: для обвинения одних кандидатов и примерного наказания других.
В итоге получается, что Европа как КНГ в своих пределах организовала и провела образцово-показательную националистическую войну, да еще подстраховалась в юридическом плане, чтобы все или почти все массовые и кровавые преступления в этой войне были записаны на счет негодных стран-кандидатов.
Это лицемерие и вранье, масштабное и самое скверное в отношении дальнейшего хода дел.

Разумеется, эту неприятную тему во дни юбилейных торжеств постарались забыть. И принялись врать еще пуще — у нас 70 лет не было войны!
Тут сразу можно вспомнить Украину, и ее нынешний кровавый конфликт — спровоцированный по национальному признаку. Можно вспомнить матушку Россию, которая прекрасно поняла урок югославского варианта евроинтеграции, расплевалась с Европой и стала превращаться в то, что мы сегодня наблюдаем. Без комментариев. Это отдельная тема, хотя связь очевидна.
Кстати, постоянный крик о том, что Россия «впервые после Второй мировой» устроила конфликт в Европе, оттяпала Крым и перекроила священную еврокарту, есть продолжение того же лицемерия и вранья. Первую большую войну в Европе после 1945 года, классическую, с бомбардировками и концлагерями, с националистическим угаром и изменением карты (вспомним Косово), устроила сама же Европа. И теперь по поводу и без поводу указывает пальцем на Россию как перманентного агрессора, медведя и деспота. Понятно, почему — потому что сама виновата.

Даешь новую Гаагу! Но лучше не Гаагу, что-нибудь подальше от Гааги.

Непраздничная запись. Но делать нечего. На наших глазах идет поспешный и опасный монтаж истории, вернее, не истории, но сказки вместо истории, сказки мнимо-утешительной и лживой. Ни к чему хорошему это пересочинение не приведет. Собственно, уже привело. Европа в тупике нового национализма. Что с ним делать, она не знает, продолжает пестовать его и транслировать вовне.
И всякая такая трансляция рано или поздно приводит в войне и вражде, почти непреодолимой. См. на бывшую Югославию и бывшую целую Украину.
На том и довольно.
Праздник.

*    
* * *
head-03


Нашел сонет, примерно 1991 года. Был молодой, думал, что это поэзия. А это сумма рифм.
Набросок примерно того же времени.
Был молодой, думал, что это графика.


За плинтус глина осыпалась

В пылу оконных батарей

Покатый лоб солдат выносит

С лимонной трещиной горшок

Затекший бок щипали цапли

И государственные цыпки

Сходили как слоистый снег

С окрестных гор амбарных книг

Шумя глубины обнажались

Доледниковой белизны

Продуктор пел полет весны

Фаянсовый трезвонит эллипс

Сумбурно и надежды нет

Согреться хоть на пять минут


*
* * *
* * *
толстой_равновозраст

Сегодня равноденствие (началось вчера, продлится дня четыре: размытое, сумрачное пятно в календаре).

Толстой не любил это пятно. Он всегда искал целостный образ, искал с большими трудностями и мучениями, оттого что сам был от рождения раздвоен — на современного человека и неандертальца, или даже медведя, на христианина и язычника, на великого князя и бастарда, род которого начался в XIV веке от полукровки по прозвищу Толстая голова.
Оттого ему не нравились праздники равноденствия. Они напоминали ему об исходном болезненном расщеплении его необъятного «Я».

Неприязнь к весеннему равноденствию выразилась у Толстого в том, что он в  романе-календаре «Война и мир» поместил в эти дни (1806 года) все ключевые нестроения и сбои сюжета. Пьер стреляется на дуэли с Долоховым, маленькая княгиня Елизавета Болконская, жена князя Андрея умирает родами, что неудивительно, ведь она до того проносила ребенка целый год (!), сам князь Андрей возвращается с того света в виде зомби и прочее. В этом месте романа зияет разлом. До разлома роман представляет более или менее ровную повесть, кстати, изданную отдельно, много раньше романа под названием «1805 год. Семейная хроника.»
После разлома постепенно и очень трудно разворачивается собственно роман «Война и мир».
Между повестью и романом — темное отверстие равноденствия 1806 года. Разрыв мета-текста, качание композиции, сомнение и спор эпох.

Разумеется, это отразилось на пластилиновом лице Льва Николаевича.
На первом фото — Толстой тех примерно лет, когда он делил книгу и потом сшивал ее заново. На портрете отчетливо видно два его возраста — до бороды и после. Портрет занятен. Непонятен, смутен.
На второй картинке я «постриг» ему бороду. Получился дядя в водолазке, весьма современного типа, неинтересный, недобрый, похожий на какого-то популярного певца.
Вот что значить обкорнать сложную личность, лишить ее многозначительно (мучительного) двоения.

Когда-то я «побрил» Толстого. Эта запись есть где-то во глубине ЖЖ, под рубрикой институт Толстого. Но там я взял портрет поздний, очень определенный, на котором Толстой — старик-колдун, «икона», этикетка на спичечном коробке.
Здесь — самый неопределенный вид Л.Н. Возрасты двоятся, дядя опрокидывается разом в молодость и старость. Это можно убрать грубой работой ножниц. Но только для того, чтобы понять, насколько многомерный Толстой интереснее одномерного.

толстой_равновозраст2

*
* * *
сан-марко

Занятная картинка.
Грабители пытались очистить ювелирный магазин на площади Сан-Марко, девушки-продавщицы не пустили их, прохожие вызвали полицию, и тогда злодеи зажгли дымовую шашку и в ее дыму благополучно смылись.
Все изменилось на площади Сан-Марко. Появились грозные итальянские карабинеры, а также странная декорация, видимо, для концерта неведомой рок-группы, с фигурами гитаристов наверху. Фотограф нашел вострый ракурс, в котором эта декорация накладывается на Кампаниллу, составляя ее мнимый цоколь. Видимо, это модно.
Дымку я немного усилил посредством фотошопа.
Не узнать Венеции, вместо нее мираж и глюки.

*
* * *
* * *
s_pict_44p

Чрезвычайные усилия, на которые толкает человека большой спорт, приводят его тело в то состояние пластики, которое следует признать прекрасноужасным. Это не соседство красоты и уродства, но существование их в одном целом. Это особое состояние именно цельно, слитно и очень современно. Прекрасноужасное востребовано.

s_pict_45p

*  
* * *
* * *
кактус_1


Я ничему не радуюсь

Я чтой-то приуныл

Растет цветок на кактусе

Исполненный чернил



Найти бы кнопку красную

Был минус стало плюс

Нажал и снова радостно

Я снова веселюсь



*
* * *
* * *
мама-перец_0

Держит младенца в пасти, как крокодилиха.
Вариант: предложение руки и сердца. Руки нет, но есть заветная красная коробочка и сердце.
Перец с сердцем.

*
* * *
эмери

Сейчас мои друзья болельщики обсуждают феерическую, фантастическую, феноменальную (что там еще на букву «ф»?) победу «Барселоны» над ПСЖ.
6:1! Такого никогда не бывало и все такое.
Я смотрел этот матч. Ничего такого на букву «ф» не было. «Барса» сыграла в свою игру, очень хорош был Неймар, но — ничего сверхъестественного.

Был проигрыш парижан — полный, позорный, постыдный (еще пару слов на букву «п»). На них надавили, они запаниковали и пропустили три мяча за пять минут. Команда взяла и развалилась. Перестала бороться. Только тренер (см. фото) бесновался и кричал. Кстати, он испанец, Унаи Эмери.
Боролся и пылал только он. А те, что на поле, пижонили. Или делали в штаны.
Это история проигрыша, а не выигрыша.

Я не болел за ПСЖ. Меня интересуют французы как особого рода сообщество, на которое сейчас многие надеются — в политическом и даже глобальном смысле. Интересен их характер, язык, умение мобилизоваться умом и телом.
И вдруг раз, и они демобилизовались. Развалились в хлам.
Я был разочарован.


Почему-то французам свойственно футбольное пижонство.
Этим характерен лондонский «Арсенал», где тренер француз Венгер и стиль игры характерно французский. «Арсенал» в этом же туре Лиги чемпионов развалился и дважды продул «Баварии» — 1:5 и 1:5. Та же история вялого пижонского проигрыша. Только его не обсуждают с таким звоном, не кричат слова на букву «ф».

Только на букву «п». Пипец, а не футбол.

Жалко тренера испанца. Как он не помер после шестого гола?
Понадеялся на парижан. А они пижоны, блин.
Не люблю футбол. Ворчу.

*
* * *
* * *
* * *
Ын

Дедушку его рисовали темперой и маслом.
А он сам такой.


Ын_дед

*
* * *
* * *

Previous · Next